2 июля 1942 года погиб на фронте писатель-сатирик, один из авторов «Двенадцати стульев», «Золотого теленка» и громадного числа фельетонов Евгений Петров (его настоящее имя Евгений Петрович Катаев).
Валентин Катаев писал о своём брате: «Ему страшно не везло. Смерть ходила за ним по пятам. Он наглотался в химической лаборатории сероводорода и его насилу откачали на свежем воздухе. В Милане его сбил велосипедист, и он чуть не попал под машину. Во время финской войны снаряд попал в угол дома, в котором он ночевал». Хотя Петрова запомнили друзья весёлым, компанейским человеком.
Евгений Петров считал себя погибшим после смерти Ильи Ильфа. В 1937 году Ильф умер от туберкулёза. Когда того хоронили, Петрову сказали: «Женя, но, в конце концов, не вас же хоронят», на что тот горько возразил: «Почему же? Вот как раз меня и хоронят».
Он понимал: писателя «Ильф и Петров» больше не существует. После смерти Ильфа Евгения Петрова стали упрекать в бездарности. И когда писателям раздавали ордена Ленина, Олеша спросил: «А тебе не стыдно носить орден покойника»? И он и другие считали, что Ильф был талантливее, а Петров – всего лишь исполнительный подмастерье, – ну писал без ошибок, ну был недурным администратором, но литературный дар…
Собственно, Олеша не мог простить Петрову то, что тот отбил у него невесту. Как-то Олеша признался другу, что растит себе будущую жену, намного младше себя и всё ждал её совершеннолетия. Милая, трепетная девочка по имени Суок. И пока Олеша писал для неё стихи и даже увековечил в «Трёх толстяках», Петров гулял с ней и догулялся, женившись на девушке.
Петров сам испытывал муки от этих разговоров, обвиняющих его в литературной импотенции. Но спустя время он пишет сценарий комедий «Музыкальная история» и «Антон Иванович сердится». Оба фильма стали классиками советского кинематографа. А в 1939 году Петров стал главным редактором «Огонька» и проявил себя талантливым организатором. При нём журнал стал менее официальным и более человечным. Из статей исчезла политизированность и большее внимание было обращено к человеку.
1941 год. У него была бронь, но отправив семью в Ташкент, стал фронтовым корреспондентом. Севастополь. О защитниках Севастополя он написал последний очерк и именно сюда приехал в свою последнюю командировку. Он захотел побывать в этом переполненном городе. Его отговаривали, но тщетно. В осаждённый город продукты доставляли 2 эсминца, «Ташкент» и «Безупречный». В этот раз второй эсминец подбили. В воде оказались полторы тысячи человек. «Ташкент» шёл по головам ещё живых людей, но остановиться и подобрать их не смог. Петров стоял на мостике и всё видел. Люди махали руками, но его поразило то, что эти люди махали и кричали не «спасите нас», а «уходите скорей, потому что после нас придут и за вами».
По пути в Новороссийск на корабль сбросили около 300 бомб. Он стал тонуть. Спасло их чудо. На подмогу пришли другие корабли.
2 июля 1942 года, вернувшись в Новороссийск и написав очерк о плавании «Ташкента», Петров вылетел в Москву. Не пролетев и половину пути, самолёт врезался в холм у села Мальково в Ростовской области. Почему? Никто не знает. Из пассажиров Евгений Петров – единственный, кто погиб. Удар попал в височную часть головы. Всё потому, что он стоял. Принято считать, что это была случайная авиакатастрофа. Но его брат, Валентин Катаев, не исключал, что её подстроили.
Похожие статьи:
Автор публикации
Здесь нет места травле друг друга, шантажу и ультиматумам, а также злобным угрозам, повергающим людей в беспокойство, смуту и бегство с сайта. В целях сохранения мира на "Литературиии", к диверсантам, угрожающим общей безопасности нашего дома, будут применяться самые радикальные меры.
Темна вода в стране советов…..
Думаю, Советы здесь не при чём. Не стоит обвинять их в гибели каждого неординарного человека.
Справедливое замечание, хотя точно мы знать не можем. Всё дело в том, что Советы настолько себя за десятилетия дискредитировали, что такая версия была бы вполне в их духе. Но тут — да, скорее всего, нелепая случайность. Да и сами понимаете, брат есть брат. Конечно, он будет считать, что виноват кто-то. Вспоминается история со смертью Владислава Галкина. Его отец, Борис Галкин тоже обвинял всех и вся в подстроенной гибели сына и обещал провести тщательное расследование. Хотя мне думается, всё гораздо прозаичнее и криминала нет. Но увы, как правильно заметил Юра, "темна вода", в том смысле, что правда всегда сокрыта и мы можем лишь догадываться. Вот блин. Опять я напомнил себе, что пора писать о страшном нераскрытом преступлении, произошедшим в нашем городе, за которое расстреляли невинного. Но опять же — невинного ли? Эх…где времени взять))
Точно так же мы можем гадать и о любом другом давнем историческом событии (смерти), поскольку сами при нём не присутствовали. К сожалению знания человека ограничены определённым отрезком времени. И зависят от индивидуального восприятия действительности. К примеру, вы ненавидите СССР, а я вспоминаю с благодарностью и хотела бы вернуть.
На мой взгляд, знания человека ограничены не столько давностью события, сколько неточной или неполной нашей информированностью о нём. Кто знает, убили Есенина или сам повесился? Есть факты, но есть и много белых пятен, из которых возникают версии, слухи, домыслы, которые, зачастую протоколируются (и в прошедшем и в будущем времени). А пример ваш относительно СССР — не ко мне. Как говорил герой Этуша: "Эта роль ругательная и прошу её ко мне не применять". Уж кто-то, а я до сих пор живу в СССР процентов на 60. В ненависти к чему угодно можно меня обвинить, например к вареному луку, но только не к СССР))
Ну, значит, я ошибаюсь :-)
О, да. Еще столько тёмного, но тем больше материалов для романистов-исследователей и фантастов. Ибо от реальности волосы дыбом встают даже по прошествии многих лет.
Какая трагическая судьба. Но он многое оставил после себя.
Да. Хотя для меня он не просто Евгений Петров, а писатель "Ильф и Петров" — как одно целое. Но это лично для меня