Устами актёра…

К дню рождения театра

eskiz_den_teatra_1

В стране разнузданной коммунистической морали не только смеяться слишком громко было неприлично, а порою и небезопасно, но и высказываться приходилось строго в рамках статей Конституции об обязанностях граждан. Ну а уж если в театрах шли Ленинианы, (обычно к юбилею бессмертного вождя) тогда залы заполнялись не просто людьми, а органами при исполнении. Приходилось смотреть в оба, слушать, что там вещают со сцены и попробуй только актёру перепутать имя Крупской с именем Инессы Арманд или неточно процитировать нетленные заветы или апрельские тезисы того, кто «живее всех живых», — и всё – конец не только карьеры. Но видимо обладает театр особенной атмосферой, а подмостки непробиваемой благословенной защитой, если даже такие опасные оговорки сходили артистам с рук. Евгений Евстигнеев в спектакле по пьесе Шатрова «Большевики», выйдя от только что раненного Ленина в зал, где заседала большевистская верхушка, вместо фразы: «У Ленина лоб желтый, восковой…» — сообщил: «У Ленина… жоп желтый!.. Спектакль надолго остановился. «Комиссары» расползлись за кулисы, скрючившись от хохота.

Однако если рты в те времена еще пока находились в глубокой заморозке, глаза излучали море смеха. И те, кто призван был дозировать смех трудящихся, сами видели всю смехотворность положения страны, во главе которой стоял дорогой Леонид Ильич Брежнев. В последние годы жизни он уже совсем ничего не соображал и когда его привозили во МХАТ на очередную постановку ленинского спектакля «Так победим!», где с первых же минут на сцену выходил Ленин и обращался к зрительному залу, Брежнев всегда порывался вскочить и сквозь дремлющее сознание изрекал, показывая в сторону сцены, веря в происходящее там как в реальность:

— Надо поприветствовать товарища.

На что рядом сидевший Черненко или Андропов, отмахиваясь и усаживая генерального секретаря на место, твёрдо отвечал:

— Не надо.

Не будет грехом сказать, что конечно, и от той жизни и от беспросветности будущего, да и просто от того, чтобы душа развернулась, актеры дружили с зелёным змием. Но даже в моменты, — да что там моменты, — во дни и месяцы запоя они были талантливы и остроумны. Как-то один актёр (А) после страшного двухмесячного запоя неожиданно обнаруживает себя в театре. Оказывается — срочная замена, его нашли, привели в чувство, одели в костюм — пинок, и он вылетает на сцену. Что за пьеса, что за роль, о чем речь — ничего понять не может.
Суфлер (С) шепчет: 
— В графине он узнал свою мать.
(А): — А?
(С) (нервно): В графине он узнал свою мать.
(А) (испуганно): Чего?
(С) (зло): В-Графине-Он-Узнал-Свою-Мать!!!
Актер по сложной траектории подбирается к столу и берет водочный графин.
(А): Мама! Как вы туда попали?!

Если такие случаи происходили на гастролях, то жители городов запоминали не содержание пьес, а именно такие курьёзы.  И хотя многие были убеждены, что это актеры специально друг над другом издеваются, чтобы «расколоть» партнёра, чаще всего на сцене присутствовал именно момент импровизации или выражаясь народным языком «нарочно не придумаешь».

Гастроли провинциального театра, последний спектакль — трезвых нет. Шекспировская хроника, шестнадцать трупов на сцене. Финал. Один цезарь над телом другого должен произнести фразу:
“Я должен был увидеть твой закат
Иль дать тебе своим полюбоваться”.
То есть один из героев должен умереть.

И вот артист произносит:
— Я должен был увидеть твой… — а дальше забыл, надо выкручиваться, а это же стихи!… И он таки выкрутился:
— Я должен был увидеть твой… конец! — и задумчиво спросил:
— Иль дать тебе своим полюбоваться?..
И мертвые поползли со сцены…

Бывало и очень часто, что актерам приходилось и приходится выкручиваться, если ненароком обронили не то слово в зал, а как известно – всё, что вылетело…то уже в ком-то и засело. По сюжету одной пьесы муж должен был неожиданно войти в комнату, в которой неверная жена только что сожгла письмо от любовника. Втянув воздух ноздрями, муж кричал, что он слышит запах жженой бумаги, и недвусмысленно интересовался тем, что же такое секретное жгла его жена. Пойманная за руку неверная супруга со слезами во всем признавалась.
На премьере же, однако, сценический рабочий забыл зажечь свечу на столе перед тем, как занавес открыли. Блудница долго металась по сцене, пытаясь понять, что же ей делать со злополучным письмом. В конце концов, от безнадежности положения, разорвала его на мелкие клочки. Вошедший муж оглядел картину и, после секундного замешательства, произнес: «Я слышу запах рваной бумаги! Сударыня, извольте объясниться!»

Ещё был случай. На одном из спектаклей «Евгения Онегина» пистолет почему-то не выстрелил. Но Онегин не растерялся и ударил Ленского ногой. Тот оказался сообразительным малым и с возгласом: «Какое коварство! Я понял все — сапог отравлен!» — упал и умер в конвульсиях.

Зрители никогда не сердятся на актеров, потому что понимают, куда сами попали. Здесь нельзя всё воспринимать слишком серьёзно, чтобы самому не оказаться объектом розыгрышей. Зрители и сами не прочь схохмить, особенно если есть подобный повод.  В театре им. Вахтангова давали «Анну Каренину». Инсценировка Г. Горина, постановка Р.Виктюка, главную роль играет Л. Максакова. Набор — высший класс. Но спектакль получился длинноватый. Около 5 часов. Hа премьере, где-то к концу 4 часа пожилой, еврей наклоняется к Григорию Горину, сидевшему рядом, и говорит: «Слушайте, я еще никогда в жизни так долго не ждал поезда!».

Одно время в театрах было запрещено пользоваться стартовыми пистолетами. Категорически приписывалось пользоваться на сцене макетами оружия, а выстрелы подавать из-за кулис. В одном театре на краю каменоломни стоит связанный комсомолец, а фашист целится в него из пистолета. Помреж за кулисами замешкался. Выстрела нет и нет. Фашист ждал-ждал и в недоумении почесал себе висок дулом пистолета. В этот самый момент грянула хлопушка помрежа! «Фашист», будучи артистом реалистической школы, рухнул замертво. Тогда комсомолец, понимая, что вся ответственность за финал легла на него, с криком «Живым не дамся!» бросается в штольню. Занавес.

Нет смысла говорить, что все мы ждём подобных курьёзов, отправляясь на очередную премьеру, когда текст еще сырой, слова спотыкаются или посещая храм Мельпомены в дни новогодних праздников, когда сами понимаете, как себя чувствуют актёры и как весело и понимающе настроена публика. Суета, нервозность, шатание. Путаются не только роли, но и платья. Отелло в балетной пачке, а Онегин в доспехах Дон-Кихота. Все волнуются и надеются только на режиссёра. Актриса, участвующая в спектакле, обращается к режиссеру:

— Я хочу, чтобы в первом действии, бриллианты, которые будут на мне, были настоящие.
— Все будет настоящее, — успокаивает взъерошенный режиссер, — и бриллианты в первом действии, и яд в последнем!

Хочется верить, что вы сейчас получили заряд хорошего настроения и, поздравляя всех с Международным днём театра, завершаю наш экскурс случаем из жизни великой Раневской. Фаина Георгиевна как-то вернулась со спектакля домой бледная как смерть, и рассказала, что ехала от театра на такси:

— Я сразу поняла, что он лихач. Как он лавировал между машинами, увиливал от грузовиков, проскальзывал прямо перед носом прохожих! Но по-настоящему я испугалась уже потом. Когда мы приехали, он достал лупу, чтобы посмотреть на счетчик!

С праздником вас всех. И ходите в театры! Они ближе всех к настоящему искусству.

Views All Time
Views All Time
251
Views Today
Views Today
1

В случае обнаружения ошибки, выделите её и нажмите Shift + Enter или НАЖМИТЕ ЗДЕСЬ чтобы сообщить нам. Мы немедленно отреагируем!

(Visited 66 times, 1 visits today)
8

Похожие статьи:

Автор публикации

не в сети 5 часов

Рокер Гарри

6 488

Здесь нет места травле друг друга, шантажу и ультиматумам, а также злобным угрозам, повергающим людей в беспокойство, смуту и бегство с сайта. В целях сохранения мира на "Литературиии", к диверсантам, угрожающим общей безопасности нашего дома, будут применяться самые радикальные меры.

46 лет
День рождения: 18-04-1971
Комментарии: 1552Публикации: 616Регистрация: 01-06-2016
  • Автор салона ЛИТЕРАТУРИЯ
  • Активный автор
  • Активный комментатор
  • Почётный Литературовец

18 комментариев к “Устами актёра…”

  1. Безумно люблю театр! В этом году у меня двойной праздник: вчера ходили на премьеру, а сегодня — день рождения! Спасибо за публикацию, Игорь!

    2
          1. Спектакль победил в номинациях: 1) лучшая женская роль (Дон Жуан Мария Селиверстова); 2) лучшая мужская роль (Командор Иван Сосин); 3) лучшая премьера сезона (Владислав Питальский).

            2
  2. В каком-то спектакле раздается выстрел, графиня восклицает: "Что это!", вбегает слуга и кричит: "Ваш муж!", графиня: "Мой муж, ах!", и падает в обморок. Идет спектакль, раздается выстрел, графиня: "Что это!", вбегает слуга и, то ли от волнения, то ли с бодуна, кричит: "Вах мух!", графиня: "Мох мух, ах!", и падает в обморок.

    Знаменитый актер Александринского театра Василий Пантелеймонович Далматов как-то совершенно запутался на спектакле. Вместо "Подай перо и чернила" сказал: "Подай перна и черна, тьфу, чернила и пернила, о господи, черно и перно. Да дайте же мне наконец то, чем пишут!"
    Гомерический смех в зрительном зале заглушил последнюю реплику актера.

    На вахтанговской сцене идет "Антоний и Клеопатра". В роли Цезаря — Михаил Ульянов.
    События на сцене близятся к развязке: вот-вот Цезаря истыкают ножами…
    А по закулисью из всех динамиков разносится бодрый голос помрежа:
    "Передайте Ульянову: как только умрет, пусть сразу же позвонит домой!"

     

    Однажды в Мариинке на опере "Евгений Онегин" Татьяне в последнем акте вместо малинового берета дали зелёный. А она, дура, напялила и пошла.
    И из-за этого всё пошло наперекосяк. Весь сюжет.

    ОНЕГИН. "Кто там в малиновом берете
    С послом испанским говорит?"
    ГРЕМИН. "Ага! Давно ж ты не был в свете.
    Позволь, тебя представлю я".
    "Да кто ж она?" — "Жена моя".
    "Так ты женат! Не знал я ране.
    Давно ли?" — "Около двух лет".
    "На ком?" — "На Лариной". — "Татьяне!"
    "Ты им знаком?" — "Я им сосед".

    Но берет — зеленый. А не малиновый.

    Онегин смотрит на Татьяну и поёт, обращаясь к Гремину (а что ему остается?)
    "Кто там в ЗЕЛЁНОВОМ берете с послом испанским говорит?"

    Гремин, офигев, смотрит на Татьяну. Действительно.
    "Ага! — поёт он, обалдевая. — Давно ж ты не был в свете! Позволь, тебя представлю я".
    "Да кто она?"
    "Сестра моя", — выдаёт Гремин вместо "жена моя" (ну запутался от растерянности).
    "ТАК ТЫ СЕСТРАТ," — садит Онегин (ему тоже петь надо что-то!)

    Зрители к этому времени лежат уже все. Бедная Татьяна лишается своей отмазы "но я другому отдана": сестра ведь, а не жена! В общем, из-за берета весь сюжет идёт наперекосяк.

    Надеюсь на ответный визит. Мои произведения здесь: http://rockerteatral.ru/lichnyj-kabinet/?user=43&tab=groups
    8
      1. К сожалению, не смотрела ((( Наверное, стоит глянуть хоть одним глазком )

        Надеюсь на ответный визит. Мои произведения здесь: http://rockerteatral.ru/lichnyj-kabinet/?user=43&tab=groups
        2
  3. «—Мама! Как вы туда попали?!

    *****

    — Я должен был увидеть твой… конец! — и задумчиво спросил:
    — Иль дать тебе своим полюбоваться?..»

    Я под столом))) Надолго!

     

    4

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *