7 Путешествие «Две Дианы или свойства страха» — 3 Часть

Публикация в группе: \"Страна Литературия\" - Путешествие 7 - \"Две Дианы или свойства страха\" (ПРИКЛЮЧЕНЧЕСКИЙ роман)

foto_63842

Дианку буквально выстрелили из тамбура как пробку от шампанского радостные приезжие, и она чудом без вмятин и ссадин приземлилась на серый гравий еще движущегося по инерции перрона. Оглядевшись по сторонам, она недовольно потёрла подбородок, но, увы, от такого трения не появились ни джинн, ни носильщик, и вообще: «Где кто-нибудь с табличкой?» Она ждала, что её встретят, как и было заранее договорено, но проносившимся мимо озабоченным гражданам не было до гостьи города никакого дела.

Подождав, пока ажиотажная толпа счастливых, но абсолютно чужих ей лиц рассосётся, Дианка потянула свою огромную красную сумку-бочонок к стоянке такси. Она вытащила телефон, чтобы позвонить Рехлеру на кафедру, но как назло, аккумулятор издал засыпающий писк и потух. «Вот еще засада. Как они могли не встретить меня? — размышляла она. – По всей вероятности, мы разминулись во времени или в пространстве. Ну да ладно, разберёмся на месте, а за такси пусть универ платит».

Она назвала водителю адрес гостиницы, и машина рванула в центр. Вид из окна не особо впечатлял девушку. Какие-то рвы с оранжевой жижей в них, заборы с порванной проволокой вдоль серого бетонного здания, растянувшегося на полкилометра и огромные плакаты над крышами безликих корпусов с жуткими надписями, типа «Добро пожаловать, но не жаловаться!» или «Взрывайтесь только от смеха!» удручали и отталкивали. Под заборами виднелись застывшие кучи мусора, в которых копошилось нечто живое. Выехав на центральную площадь города, Диана вздохнула от облегчения, что наконец-то кончилась жуткая колючая арматура, и живо поинтересовалась у водителя:

— А что это было?

— Пороховой завод.

— Как? В центре города? – ужаснулась Дианка, выронив коробочку с пудрой на колени.

— Да. Вон, смотрите, — указал он рукой. На столбах вдоль тротуара виднелись щитки с надписью: Не курить в радиусе 50 метров от завода. Но за 20 метров от завода стояла школа и три садика. Кроме того, совсем рядом скромно приютился городской роддом.

Через два квартала они заметили поток машин, обречённо застывших у перекрёстка и словно навытяжку поднявшихся на задних колёсах. Их было около сотни.

— Что еще за цирк! У вас тут магнитная зона? – удивилась Дианка.

— Обычное дело – ждём, пока проедет начальник отдела культуры города.

— А он едет в пошаговой кресле-качалке или его везут к последнему приюту на лафете?

— Не он, а она. Эта модная безнес-дама не любит торопиться, как королева. Альбина Сергеевна у себя в секторе культуры, коим заведует, даже на рабочем месте сидит в короне. Она обожает внимание и даёт возможность жителям подольше ею восхищаться и оценить всю её значимость и власть над городом.

— Мне думается, что кроме проклятий в её адрес, восхищений она не дождётся.

Водитель задержал задумчивый взгляд на Дианке.

— Вы мною, я вижу, восхищаетесь даже больше, чем нею, — рассмеялась она так звонко, как уже давно не слышали в этих пожухлых эмоционально серых местах. – Простите, как вас зовут, молодой человек?

— Феликс.

— А ну-ка, Феликс, объезжайте.

— Что делать? – встряхнул головой, словно ото сна, таксист.

— Смелее, Феликс, смелее! Если что, валите всё на меня. Я не житель вашего странного города и мне нет дела до властных разукрашенных кикимор. Я – Диана из Харькова.

Феликс резко дёрнулся, услышав это имя и какой-то синий блеск в глазах на несколько секунд включил его в жизнь. Он мгновенно, словно по приказу вывернул налево и помчал по шоссе.   

— А какие еще достопримечательности у вас есть? – иронично спросила Диана через километр, и вяло улыбнулась. Водитель как-то грустно поглядел на модно одетую приезжую и, вздыхая, заметил:

— Увидите сами.

 

Дальше беседа не шла. Когда машина остановилась у входа в гостиницу «Националь», название которой было почему-то написано через «ЦЫ», Диана искренне поразилась. Она совершенно не такой представляла гостиницу представительского класса, да еще и с вип-обслуживанием, как красноречиво расписывалось в интернет-проспектах. Водитель помог ей выгрузить из багажника сумку и, прощаясь, лишь заметил:

— Один совет, девушка. Не одевайтесь столь роскошно здесь. Да и юбочки у нас повыше носят. И еще держите кошелек при себе.

— Спасибо вам, — тепло ответила Диана. – Вы пока единственное светлое впечатление у меня от этого города.

Водитель удивлённо взглянул на неё, как человек, которому давно никто не говорил тёплых слов благодарности и, подумав, добавил:

— Знаете, если вдруг с вами приключится что-то странное здесь, вот моя визитка.  

 

Обстановка в фойе центральной гостиницы города угнетала отсутствием всякой обстановки, а на полу не было даже ковра. Диана никак не ожидала, что в 21-м веке в центральной гостинице города, на пластиковой стойке Администратора будет стоять самовар, раздуваемый валенком. А за самой стойкой стояла вылитая матрёшка с нарисованными бровями и раскосыми глазами, губы были плотно сжаты в бантик, да так плотно, словно девушка считала эту часть лица настолько интимной, что опасалась, как бы её не лишили невинности именно через рот. Администраторша сурово взглянула на Диану и рисованные брови подпрыгнули вверх к вершине лба, когда она стала вчитываться в паспорт приезжей, словно пытаясь на глаз определить, а не подделка ли это. Диана, сдерживая возглас недоумения от всей окружающей её нелепицы, сразу же заявила:

— На моё имя должен быть забронирован номер.

Она решила вежливо промолчать о том, что её не встретили, но администраторша сама напросилась на дерзость, отреагировав неожиданным образом:

— Елистратова? Нет такой здесь. И вообще чего вы сюда прибыли? Как что – сразу прут к нам. Как узнали, что это лучшая гостиница города – так будто мёдом помазано. Мест нет.

— Простите, — стала закипать Диана, — Вот это, — она обвела руками зал, — вы называете лучшей гостиницей в городе? А что же, по-вашему, худшая?

За стойкой помертвело и самым зловещим образом произнесло фальцетом:

— Девушка, не грубите мне. Я при исполнении.

— Так исполняйте, — потребовала Диана. – Проверьте еще раз по журналу. Что это за фокусы! Мало того, что вы меня не встретили на вокзале, так еще и номер не даёте. Куда я попала?

— С какой стати мы должны были вас встречать? – администраторша уперлась руками в бока и надменно возвысилась над стойкой. Диана не захотела больше спорить и лишь попросила дать ей возможность связаться по телефону с межгородом.

— У нас телефон платный, — отрезала грозная дама.

— Хм, — только и произнесла Диана. – Вы поймите, девушка, что меня – как специалиста, пригласили в ваш гостеприимный город на научную конференцию. Я буду читать доклад, встречаться с мировыми светилами.

— А я тут при каких делах? – рявкнула дама.

— В этой гостинице для меня должны были забронирован номер.

— Повторяю, ничего нет на ваше имя. Если желаете – у нас есть комната под лестницей.

— Давайте уж хоть комнату, — устало произнесла Диана, желавшая только одного – остаться одной, зарядить телефон и созвониться с кафедрой и Максом. Первой она мечтала высказать своё негодование, а любимому хотела прошептать, как сильно его любит и просто услышать его успокаивающий голос.

Номер, в который попала Диана, поразил её еще более чем фойе. Это был не просто сарай. Это был сарай с кроватью из тяжёлого чугунного металла с матрасом на сетке, которая посредине была настолько растянута массивными седалищами, что Диана тут же провалилась куда-то вглубь и с трудом выбралась немыслимым кульбитом через голову – мышцы вспомнили долгие годы занятия гимнастикой.

У стола, слегка покатого в сторону окна, была живописующая биография. На бывшей полированной крышке, да и по бокам всё было изрезано и расписано Светами + Димами, Лерами + Колями и где-то с краю аккуратно, но тонко и даже робко было начертано Сигизмунд Павлович +Алла Вадимовна. Особенно развеселила Дианку надпись Артёмчик+++, и она лишь догадывалась о значении этих плюсиков, но по всей ширине фасадной поверхности крышки стола было размашисто и уверенно выведено: Маргарита и К и телефон.

Дианка села на стул и молча разглядывала комнатку. Мысли не хотели общаться со своей хозяйкой, им было зябко выбираться наружу в этот неведомый, но ощущаемый ими ужас, однако деятельная натура Дианки заставила их высказаться, причем вслух. Вообще, разговаривать вслух Диана любила, чтобы в чём-то убедить себя, доказать самой себе, что она абсолютно не права в данном вопросе, а права только она. И приходя к такому выводу, она обычно успокаивалась, и это помогало ей здраво и логически выстроить схему дальнейших своих действий. Но сегодня, а именно сейчас ей не настолько нужно было мнение её самой, сколько она хотела услышать в этой мрачной жуткой тиши хоть чей-то человеческий голос, чтобы не сойти с ума.     

— Дааа…. Тоска. – Она сложила ладошки вместе и, приложив ко рту, нагрела их своих дыханием. – Сыро как. Если они полагают, что именно так должен выглядеть номер для вип-персон, я содрогаюсь от мысли, как же выглядят тогда их вип-персоны. Ой! Свет!

В комнате потемнело. Диана вскочила со стула и, сделав шаг, тут же грохнулась на пол, ушибив коленку о какую-то тумбочку. Стало жутко находится в номере. Она с трудом привстала, и словно опасаясь, что на неё нападут сзади, пригибаясь, выбежала наружу. Спина ощущала чужое дыхание, но коридор был совершенно пустынен.

— Эй! – крикнула что было сил Диана в пустоту. Пустота ответила ей промелькнувшей тенью и покашливанием. Диана съежилась и на мгновение потеряла контроль. От сильного сердцебиения стало тяжело дышать. Она ненавидела темноту с детства, но сейчас Дианка пыталась отогнать от себя воспоминания далёких лет и прижалась к холодной стене. По крайней мере, так она чувствовала себя в большей безопасности, так как всё могла обозревать перед собой, а со спины никто не набросится. «Я слышала, что страхи детства нужно искоренять как клин клином, иными словами от них можно избавиться, то есть как бы «отработать, но почему именно сейчас? Я не готова».

И только Дианка подумала об этом, как что-то промелькнуло перед глазами и застрекотало над ухом. Она медленно повернула голову во тьму, уходящую куда-то в бездну, и две жёлтые точки чьих-то глаз упёрлись в неё своими огненными лучами. Она инстинктивно стала отодвигаться по липкой стене, ощущая только ужас и прикусывая губу, чтобы только не рухнуть в обморок. Жёлтые глаза медленно плыли на неё, потом пролетели где-то рядом с ней и зависли над головой. Диана сжала кулачки и готова была отбить вертикальное пике неизвестного чудовища на её голову, как вдруг ниже глаз показался широкий рот, который хрипло произнёс:

— А который теперь час?

Диана со страху отчаянно ударила кулаком между глаз разговорчивого монстра и ринулась по коридору, сломав каблук  и еще больше раздирая кровоточащую коленку, зацепившуюся за какой-то ящик с инструментами. «Если уж удариться обо что-нибудь, то обязательно больным местом», — досадливо промелькнула у неё в голове. Она летела по коридору и наконец, увидела спасительный огонёк свечки.

— Люди! – крикнула первое попавшее, что пришло в голову, Диана, наверное, потому, что с момента расставания с водителем такси, она еще не встречала здесь людей. Но, увы, Диана остановилась, как вкопанная и обомлела. Вам приходилось когда-нибудь встречаться лицом к лицу с Вием? Да-да. С тем самым, Гоголевским. Так вот Вий  — милый малыш по сравнению с тем, что увиделось Дианке. Восковой лик, восставший из гроба, был моложавее и живее, чем освещаемая свечкой разукрашенная всем набором турецкой косметики, физиономия администраторши за стойкой. Она, не мигая, выпучилась на Дианку и, видя, как та летит прямо на неё, гневно крикнула:

— Вы что тут разбегались? Спать мешаете!

Спать…спать? – заикаясь и задыхаясь, произнесла Дианка, ухватившись за стойку. — Что тут происходит в вашей ночлежке?

— Почему вы нас оскорбляете? – фальцетом зажужжала дама из восставших. – Не нравится — съезжайте.

— И съеду. Завтра же ноги моей не будет в этом мусорнике. Я содрогаюсь от мысли, когда представлю, что останусь здесь еще на одну ночь. ВИП-гостиница, называется.

— Кто вам сказал, что это вип?

— Как? А в интернете у кого целый сайт посвящён вашим всем бассейнам, спорт-залам, соляриям, шведским столам и…

— Чё? – расхохоталась дама. – Вы от темноты тронулись? Сеня, ты слышал?

Дама обратилась куда-то в пустоту, откуда только что сбежала Диана и куда она даже под пытками не собиралась возвращаться. Но из темноты выполз электрик Сеня с подбитым глазом. Он всего-то хотел проверить проводку, как на него налетела сумасшедшая и огрела железной битой. Так он жаловался потом в участке полиции. Диана же утверждала, что на неё напал сам чёрт. Кроме того, она вдруг обнаружила пропажу кошелька и гневно потребовала вызвать полицию.  

— Знаете что, милочка, — грубо заявила администраторша. – За ваши оскорбления, необоснованные обвинения черт знает, в чем и нападения на наших работников я прошу вас как можно скорее расплатиться за номер и съехать. Нам скандалистки не нужны.

— Что? Вы хотите, чтобы я еще и платила за всё это безобразие? Не дождётесь! Тем более, в вашей дыре у меня украли все деньги! – крикнула Диана и так ударила по стойке кулаком, что чашка горячего чая подпрыгнула, и содержимое выплеснулось прямо в декольте дамы.

— Что…Что вы себе позволяете! Платите и уходите! – оскалила все ряды граблевидных зубов администраторша. Где-то сверху, с площадки лестницы, ведущей на второй этаж, кто-то выглянул и тут же быстро исчез. В Диане смешалось всё: и пережитый страх, и брезгливость к грязи повсюду, неуважение к ней и общее непонимание, куда она попала. Но этот коктейль из эмоций не осел и не переварился, а попал под мощный шейк и закружился губящей воронкой, набирая обороты всё круче и круче, да и выплеснулся наружу, обрызгав комьями желчи и негодования и Сеню, и самовар и весь демонический лик администраторши.

— Я…я буду жаловаться на всех вас, — зарычала Диана. – В суд немедленно! Устроили тут вертеп. Одна с кирпичной харей хамит, как сапожник. Другой алкоголик электрик пробки выкручивает, чтобы за молодыми девками охотиться. Мебель доисторическая, двери без замков, на кроватях спала рота солдат, а судя по вырезанным надписям на столе, — и солдаток. Я вам всем устрою! Вы не представляете себе, кто такая Диана Елистратова.

Администраторша дёргалась всё это время, то приближаясь, то отступая от стойки для того, чтобы разогнаться и наброситься на наглую фифу. Её и возмущали и пугали слова гостьи. Она конечно многих скандалисток повидала здесь и могла с ними справиться в два счёта, но тут…тут был счёт не в её пользу. Что-то такое уверенное звучало в словах Дианы, что удерживало её от того, чтобы накрыть девушку чем-нибудь тяжёлым. Да и мало ли, кто на самом деле была Диана Елистратова. Могла оказаться и блефующей пустышкой. А если нет? А? «Чё это она так кичиться своим именем и фамилией?» То-то и оно. И всё же, администраторша, набрав в грудь как можно больше оставшегося в пространстве вокруг неё спёртого воздуха, что даже Диана чуть оторвалась от пола, словно в вакууме, изо всех своих сил пробасила:

— Полицию сюда!!!

Штатные гостиничные сотрудники внутренних органов с проспиртованными внутренностями явились через минуту и, кивнув, не рассуждая, препроводили упирающуюся Диану в участок, поместив её в КПЗ до утра. А администраторша тут же позвонила хозяину гостиницы.

 

 

Нельзя сказать, что камера понравилась Дианке. По углам что-то живое подрагивало и похрапывало. На длинных досках нар сидела женщина с двумя малолетними детками, её лицо было слегка опухшим от слёз и вызывало какое-то жалостливое отчаяние. Диана прислонилась к решетке и выглянула в коридор. Охранник прикрикнул:

— Не положено. Сядьте на место.

Диана не стала скандалить, ибо это было глупо. Она часто бывала у папы на работе, когда тот еще работал в милиции, и знала, что тут лучше вести себя корректно. Она вздохнула и, одёрнув юбку, чтобы не привлекать внимание зыкающих на неё плотоядных взглядов из глубины камеры, подсела к расстроенной женщине. «В принципе, — думала девушка, — Что я могу сейчас поделать? Да и уж лучше здесь пересидеть до утра, чем в том террариуме. А утром мне дадут позвонить в Харьков, недоразумение выяснится, и меня переселят в другую гостиницу. Завтра еще и Морозова приедет. Сейчас просто надо успокоиться и представить всё случившееся дурным сном».

— Разрешите, — обратилась Диана к женщине, которую звали Марина. Так кивнула и взяла на руки спящую трёхлетнюю дочку.

— Конечно, присаживайся, милая. Как тебя-то сюда угораздило?

— Недоразумение это, — отвечала Диана.

Марина окинула взглядом симпатичную фигурку Дианки и, обратив внимание на короткую вельветовую юбочку, покачала головой. Диана поняла этот жест и поспешила разуверить женщину, что на самом деле она преподаватель, занимается наукой и приехала сюда исключительно на семинар с докладом. И рассказала все нелепости, которые произошли с ней, прямо с подножки поезда. Марина, монотонно укачивая дочку, рассказала и свою историю задержания.

— Мы кредит взяли на квартиру. Так мечтали о ней. Столько планов строили – и какую мебель купим, и что где расставим. Вокруг дома прекрасный парк, садик школа – всё рядом. Новоселье справили и зажили счастливо. Муж хорошо зарабатывал, ночами не спал и сосуды испортил на нервной почве.

Марина сдержала подкатывающий поток чувств и, переведя дыхание, продолжила:

— Его взяли добровольцем на Донбасс. А вернулся….вернулся в гробу.

— Господи, — закрыла губы руками Диана. – Простите, что вызвала в вас эти воспоминания…. Господи….

— Ничего. Они не угасают во мне. Самое страшное – как детям объяснить, что больше….не будет больше папки…..

Диана схватила влажную ладонь Марины в свою руку и крепко её сжала.

— Как же они посмели вас…с таким горем…с детьми?

— Кредит нечем платить, а меня еще и на работе сократили. Пришли коллекторы, сначала описали мебель, всё имущество, потом забрали квартиру, а возвращаться мне некуда – я сама с Молдавии, а у мужа родителей нет. Куда мне? Я и не отдавала квартиру, детьми умоляла, на коленях ползала….ноги им целовала…. Теперь вот здесь.

Марина была тверда, хоть и бледна. Говорила без эмоций и было видно, что свои слёзы она все выплакала и теперь ей было всё равно. Но плакала Диана. Она сорвалась с места и подбежала к решетке.

— Палачи! Вы все твари! С кем вы воюете? С детьми? Вы нелюди!

— Молчать, — крикнул на неё охранник и ударил по прутьям решетки дубинкой, попав Дианке по мизинцу. Она вскрикнула и еще больше зарыдала. Охранник поколотил еще раз по решетке, угрожая расправиться со скандалисткой самым жестоким образом. Марина обняла Дианку и усадила на лавку.

— Ну что ты, сердешная. Не надо.

— Что же…что же теперь с вами будет? – сквозь слёзы и боль, прошептала Дианка.

— Я об этом стараюсь не думать. Всё равно они поступят так, как им прикажет мэр. В этом Страхове ужасные порядки. Как я мечтаю отсюда выбраться, хоть бы даже на Донбасс. Ты еще ничего не видела здесь. Поживи с месяц и волком взвоешь. Страшное место здесь. Одно название – Страхов.

Диана вытерла слёзы кулаком:

— Позволь, Мариш. Почему Страхов? Ахов же.

— Что ты? Какой Ахов. Ахов – курорт и он в другой стороне. Ты в Страхове, милая.

— Как! – вновь крикнула Дианка и тут же смолкла, опасливо глядя на нахмурившегося охранника. И тут она всё поняла. Когда она стояла в Харьковской ж/д кассе, в голове вертелись новости Страхова, над которыми они так весело смеялись с Максом. И в тот момент оператор спросила: «Вам куда?», она, взглянув на табло следования поездов, уверенно заявила: «Мне до Страхова».

Диана сползла на пол, вытащила из нагрудного кармашка блузки билет и, разорвав его на мелкие кусочки, швырнула к потолку. Опустив голову в руки, она всхлипнула и, кашляя, истерично захохотала. А сверху на её голову падали белые перистые снежинки, но так тяжелы и так горячи они были: падали несуразицы, недоразумения и проблемы – настоящие и грядущие.

 

*                                 *                                 *

 

В кабинете мэра Страхова, Льва Фаддеевича Нулевого царило оживление. Начальник полиции города со смаком рассказывал собравшимся чиновникам о недавней охоте на зайцев и присвистывал, улюлюкал, воодушевляясь и гордясь богатой добычей. Заодно предлагал всем щенят, только что народившихся от той суки, что родная сестра тому кабелю, который брал призы на последней выставке в Жмеринке.

Мэр сидел на стуле, расставив ноги и выпятив огромный живот. Над ним стояла красотка модельной внешности с черным каре и раскосыми глазами. Она поглаживала ладонью по плечам мэра и улыбалась царственно-снисходительной улыбкой всем собравшимся – словно своей челяди. Мэр, повернув шею, слегка отодвинул руку девушки и попросил её сесть за стол, шлёпнув по аппетитному филейному месту. Красотка мило улыбнулась и эротично ахнув, присела за круглый стол переговоров, вызвав общее сексуальное напряжение всех, находившихся рядом с ней. Милочку звали Альбина Сергеевна Постельная. Она возглавляла культурный сектор города, а также заведовала местной газетой и телевидением. Мэр призвал всех к порядку и, промокнув салфеткой вспотевший лоб, начал разговор:

— Я пригласил вас, господа, чтобы сообщить вам пренеприятное известие: к нам едет дочь президента. С тайной миссией.

Все: Как дочь? Да ещё и с тайной миссией.

Мэр: С совершенно тайной.  

Начальник полиции: Вот не было заботы, так подай.

Взрывных (директор порохового завода): Вы не шутите? Такими вещами шутить, что с огнём играть – сгореть можно.

Мэр (волнуясь и задыхаясь): Какие уж тут шутки, Валерий Георгиевич. (Нагнувшись над столом.) Час назад звонил мне мой старый приятель…впрочем, чего скрывать: вы все его знаете, это мэр Жахова, что в 30 километрах отсюда.

Начальник полиции: Как же, знаем. Кум ваш. Вы не тяните, ради Бога. Что за манеры!

Мэр: Эээ..погодите. Не торопитесь, это вам не гончие ваши. Такое переварить надо. Я сам еще нахожусь в смятении. (Нога Альбины приподнялась и коснулась ляжки мэра. Он с довольным видом сглотнул, но слегка заикаясь, продолжал.) Так вот мэр Жахова, Попадалов рассказал мне, что дочь, (он со страхом и благоговением посмотрел на портрет президента) нашего дорогого любимого и почитаемого, о Господи… в общем, она любит путешествовать. И находит забавным появляться  в маленьких городках тайно, чтобы никто и не догадывался. И говорят, что это папаша выбирает для неё маршруты. А еще говорят, будто приезжает она только в те города, где есть проблемы и где надобно пресечь.. (все ахнули и застонали). Она выдаёт себя за простую студенточку или за нищенку, актриса большая, скандалит, ни за что не платит, чинит провокации и ждёт – как вы отреагируете. А потом обо всём докладывает папочке. (Мэр зачем-то перекрестил портрет президента и нервно зажевал свой галстук.) А вы ведь отреагируете, потому что о своём тут же подумаете и вспомните обо всех своих скелетиках в шкафчиках….есть…есть чего бояться…

Взрывных: Хороша дочка!

Мэр: Хороша, но Попадалова после её визита сняли и завели на него дело. (Начальник полиции присвистнул.) И не только на него, упреждаю вас.

Начальник полиции: Вот это попал, так попал.

Мэр: И предостерегает нас Попадалов, чтобы и мы готовились (крестится). Так что вы уж наведите порядок в своих ведомствах, господа. А то знаю я вас (грозит пальцем.) Что вы, уважаемый Параш Парашич, у себя на Бисквитке в сироп добавляете? От ваших, извините, сладостей людям чёрти что мерещится. Я сам съел одну конфету, так полночи не мог уснуть. Всё гнались за мной какие-то две крысы. Да огромные такие, догнали, свалили, понюхали, и прочь ушли.

Альбина Сергеевна: Фи! Действительно, как так можно. Я сама люблю сладенькое. Но не до такой же степени.

Мэр: А вы, Карл Иваныч,  (обращаясь к Главному нотариусу.) Вы там разберитесь, почему ваши клиенты срочно умирают после написания завещания. Не по чину берёте! Деньги с наследников требуете, чтобы вскрыть последнюю волю при жизни клиента. (Жуёт галстук и подтягивает сползающие штаны под столом.)

Альбина Сергеевна: Какое бесстыдство, Карл Иваныч.

А вы, Валерий Георгиевич. Вы чего ж это массово людей увольнять стали? Пороховой завод – гордость города. Работать хуже стали? Смотрите мне, вопросики могут возникнуть.

Взрывных: Дык ведь увольняю, потому как сам министр приказали зарплату на 10 процентов поднять. А из каких фондов? Вот и увольняем одних, чтобы других как-то порадовать.

Мэр: Порадовали, нечего сказать. (ласково к Альбине.) Альбиночка Сергеевна, милая, прошу Вас, обратить особое внимание на то, какие праздники устраивают в нашем Дворце культуры! Что это за «Последний день девственника» или конкурс «Уговори маньяка»? И умоляю вас, закройте вы журнал «Последователи Фрейда». Это же просто ни в какие ворота. А своей массовице-затейнице прикажите юбку хотя бы до колена носить.  

Альбина выпрямилась и подалась вперёд грудью к мэру.

— Лично проконтролирую, Лев Фаддеевич, — проворковала она и закатила глазки.

Мэр: А ваш редактор газеты тоже чудак. Хотя бы проверял грамотность сотрудников. Что это за «харошые ризультаты» или «ни за будим радную школу»? Забыли! Окончательно забыли. Ох, погубите вы меня.  

— Лично прослежу, — с придыханием пообещала Альбина и побарабанила длинными ноготками пальцев по столу.

 Мэр: Так, теперь о нашей гостинице.

Раздался скрип стула и кто-то грузный упал под стол. Все ринулись на помощь. Альбина Сергеевна набрала в рот воды и плюнула на несчастного. Чуть пришедший в себя хозяин гостиницы пролепетал:

— Господа….господа. Она приехала.

Все (хором): Кто? Что?

Хозяин гостиницы: Диана. Дочь президента. Погиб. Я погиб, господа. Сгорел ни за что.

 Мэр: Вы уверены, Кондрат Кондратич?

Хозяин гостиницы что-то еще промямлил, посопел и совсем расклеился.

Мэр (ко всем): Ну, всё, господа. Дождались.

Все обернулись к портрету президента и, крестясь, начали читали молитву во спасение.

И тут же с другого конца стола свалился и начальник полиции, причитая:

— Убили! Зарезали. Ату меня! Ату! Загнали, волки!

Мэр: Цыц! Вы что, совсем с ума рехнулись! Прекратить истерику! Вы можете членораздельно сказать, чего вы-то испугались?

Начальник полиции посинел, осунулся и, брызжа слюною, попытался начать говорить. Так продолжалось минуты две, наконец, он выдохнул:

— Его дочь, Господи, пронеси…. сейчас в КПЗ. Пропал я, други. Ни за что пропал. В силки прямо. В сети заманила нечистая.

(Visited 19 times, 1 visits today)
10

Автор публикации

не в сети 6 часов

Lady Karina

12K
Осторожно с желаниями...
День рождения: 27 Мая
flagВеликобритания. Город: Харьков
Комментарии: 2410Публикации: 388Регистрация: 04-06-2016
  • Автор салона ЛИТЕРАТУРИЯ
  • Активный автор
  • Активный комментатор
  • Почётный Литературовец
  • серебро - конкурс НЕРАСКРЫТАЯ ТАЙНА
  • ЛУЧШИЙ ДЕТЕКТИВ
  • золото - конкурс ЖЕЛТАЯ СОБАКА
  • золото - конкурс НИКТО НЕ ЗАБЫТ

13 комментариев к “7 Путешествие «Две Дианы или свойства страха» — 3 Часть”

  1. Потрясающая пародия на «Ревизора» или, точнее сказать, вариант сего произведения 06 А если взять в расчёт первые две части… Это путешествие совсем не похоже на предыдущие ))) Браво!

    0
    1. Да-да, Саша) Вы абсолютно правы! Это Путешествие совсем не похожее. Я Гоголя понимаю очень глубоко. Ведь всё моё детство в деревне у бабушки прошло среди персонажей его Миргородских рассказов. Мы с ним земляки — сёла рядышком.  

      Да и сама история классическая и интригующая и что немаловажно — жизненная. Кто угодно из нас мог бы попасть в подобную ситуацию. Не говоря уже о том, что на протяжении жизни приходится нам бывать и Хлестаковыми и что греха таить — Городничими тоже)) По крайней мере, видим их на каждом шагу…

      6
  2. Супер, Кариночка!
    Да! Забавная история  с Дианочкой! Прочитала с большим удовольствием!
    221717

    I wish you luck and creative inspiration! I want to believe only in good things!) Respectfully! Emmi
    2
  3. Ой! Кариночка, извини! Опечатка!23

    I wish you luck and creative inspiration! I want to believe only in good things!) Respectfully! Emmi
    2
  4. Карина!
    Здесь богаче  язык намного.  Проявляется матерый автор. Язык богаче за счет простонародных слов, а именно они нас  приближают  к пониманию народа.   Помогаю создать объемный образ. Живость дают произведению, правдобность. Не случайно Чайковский  вставлял в свои произведения народные, незамысловатые темы, как  в первом концерте для фортепиано с оркестром: «Во  поле березка стояла». 
    Я высоко ценю людей, которые растут… На глазах растут.

    2

Добавить комментарий

ИЛИ ВОЙТИ ЧЕРЕЗ СОЦСЕТЬ: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *