3 Путешествие «Дурная слава» — 3 Часть

Публикация в группе: \"Страна Литературия\" - Путешествие 3 - \"Дурная слава\" (ПРИКЛЮЧЕНЧЕСКИЙ роман)

foto_60067

Далее они резко свернули в сторону тюрьмы. Мрачный дух судьи заставил пребывать Макса в молчании, но даже в такой неловкой тишине не было тишины. Внутреннее негодование Клеона звучало в каждом его отчеканенном шаге, в каждом ненавидящем взгляде на каменные барельефы острога, в каждом тяжёлом грудном вздохе от одолевавшей его одышки. Горбатая нищенка, выскочившая из-за угла, перерезала им путь, что-то ехидно каркнула и тот час же скрылась. Охрана бросилась за ней, но та юркнула в проём между досками частокола и была такова.
— Что она сказала? – не поняв древнегреческого, спросил Макс.
-Час от часу не легче. Ускорим шаг, — встревожился Клеон. – За время нашей прогулки в тюрьме произошла катастрофа.
Макс побледнел, сразу же представив перед глазами картинку, как счастливая Дианка, под руку с Гайди вприпрыжку шла в тюрьму как будто на экскурсию в зоопарк «смотреть на Герострата».
— Господи, что там случилось, архонт?
— По-видимому, Вы оказались правы, друг мой, — досадливо прикусил губу судья. – После известных событий Герострата посетил сам Тиссаферн – правитель Эфеса. И что самое ужасное, он…. он собирается помиловать мерзавца. А я…я уже бывший архонт. Вот так….
-Как!?
— Уже пользуясь популярностью у греков, Герострат пообещал наместнику усмирить толпу своих разъярённых почитателей и помирить греков с персами. В общем, этот негодяй станет советником и правой рукой правителя Эфеса.
— Что-то вроде серого кардинала – идеолога, задающего тон внутренней политике, манипулируя сознанием масс.
— Как красиво Вы выразились. Но скорее, их бессознанием.
Макс ужаснулся возможным последствиям:
— Герострат возомнил о себе. Теперь у него выросли крылья ангела.
— Скорее, копыта чёрта, — твёрдо отрезал Клеон.
-Чёрт! Но там же сейчас Диана!
— Так поспешим же. Он уже воспользовался красотой и наивностью одной знатной дамы, находясь там же, в тюрьме.
— Кого Вы имеете ввиду?
— Негодяй обесчестил жену Тиссаферна, когда та явилась взглянуть ради любопытства на заключённого, бросившего вызов богам.
— Вы серьёзно это говорите? – Макс в изумлении остолбенел.
-Абсолютно. Знаете ли…наместник уже старик….а его супруга молода и сочна…впрочем, я не имею права так говорить…
— И после этого Тиссаферн, правитель Эфеса, отпускает из-под стражи Герострата – насильника своей супруги?
— Почему же насильника? У них всё совершилось по доброй воле, я бы сказал даже – полюбовно. Герострат обещал Клементине выкрикнуть её имя на эшафоте – как имя той женщины, ради которой он якобы совершил поджог Храма. Она так же тщеславна, как и многие женщины. Но наивная Клементина, продав своё тело, не ожидала, что гнусный злодей не прославит её имя, как обещал, а подло обманет эту молодую красотку. Вот в этих свитках он подробно описывает пошлые воспоминания о том, как женщина ласкала его, и как он целовал её прелести… с известным исходом. Видите толпу вокруг тюрьмы? Эти пришли добиваться свободы Герострата. В его честь уже слагают гимны.
— Чего же вы хотели! Человек оскорбил богов, — единственный страх, державший в покорности народ. Но поскольку преступление осталось безнаказанным, значит Герострат могущественнее богов. А боги не должны сидеть в тюрьме. Тем более что сама правительница Эфеса пала перед ним, трепеща. Чудовище…. – Макс сжал кулаки.
— Вот-вот. Так и думает чернь. Даже на меня уже косо смотрят. А скоро полетят камни и ножи. Потом они двинутся к дворцу Тиссаферна. И страшно представить, что может случиться вскорости. Я теперь не дам ни единой лепты за жизнь венценосных супругов.
— Поэтому правитель не нашёл ничего лучшего, чем приблизить Герострата до  своей правой руки? Безумие, — покачал головой Макс. – Зараза уже обвила щупальцами шею государства. Но если этот подонок протянет руки к моей….
— Скорее в тюрьму! – воскликнули оба.

 

Тем временем, в тюрьме, после ухода Тиссаферна.

Камера узника представляла собой шикарные апартаменты для того времени. Богатый стол ломился от вкусных яств. Полупьяный, лоснящийся от жира Герострат, развалился в креслах и увлечёно отдавал приказания своим же тюремщикам, одаривая их проклятьями и милостями.
— Кто здесь? – раздражённо крикнул Герострат на дверь. — О, что привело тебя ко мне, женщина?
Диана оценила ослепительную роскошь, усмехнулась про себя и лишь по звуку голоса с дивана, разглядела в этом цветнике хозяина комфортабельной камеры.
— Захотелось посмотреть на человека, совершившего преступление века. А вы — молодой, оказывается. И довольно симпатичный.
Герострат надменно скривил нижнюю губу.
— Странные люди. Все почему-то уверены, что поджигатель храма должен быть старым уродцем.
Диана присела на диван.
— Будьте осторожны, Диана, — шепнул ей в ухо Гайди из невидимого пространства.
— Я не верю, что такой интересный человек сжёг храм ради какой-то там славы, — обратилась она к Герострату.
— Что может быть прекраснее славы, женщина? – вскрикнул поджигатель. — Слава может подарить бессмертие.
— В вашем возрасте прекраснее любовь.
— Ты заблуждаешься. Любовь может унизить человека, слава – никогда.
— Вам важнее такая слава, чем любовь?
— Конечно. Кто построил храм Артемиды? Не мучайся, ты наверняка забыла имя зодчего. Но ты будешь всегда помнить имя Герострата. Видишь, как слава в одну ночь делает человека бессмертным?
— Я, признаться, полагала, Вы влюблены – закатив глазки к потолку, с сожалением промолвила девушка.
— Какая наивность! Да все женщины Эфеса не стоят того, чтоб из-за них поджигали даже курятник.
— Хм, — возмутилась Диана. – Я-то думала, вот он – мужчина, который ради любимой пошёл на такое. Ах, нет настоящих мужчин.
В одержимых больной жаждой власти глазах Герострата заиграли хитрые бесики:
— Ты говоришь, будто королева.
— Я богиня, — засмеялась девушка. – Меня зовут Диана.
Герострат на время задумался и в истеричном смехе обнажил жёлтые клыки зверя:
— Твоё тщеславие, женщина, не меньше, чем моё. Тебе очень хочется остаться в истории женщиной, ради которой мужчины шли на смерть!
Герострат подсел к самым бёдрам Дианы. Насыщая и без того спёртый воздух винным уксусом изо рта, Герострат прошептал ей почти в ухо:
— Знаешь, тогда, почему я сжёг храм Артемиды? Потому что считаю тебя прекраснее самой богини! Пройдут годы, постареет твоя кожа, поседеют волосы, а люди будут смотреть на тебя и говорить: вот женщина, которая не уступала красотой богине. Её любили так, как никого на свете! Завтра, когда меня будут казнить, я произнесу во всеуслышание имя «Диана»!
Девушка вытаращилась на него, постепенно уступая напору его темперамента. Диана никогда не думала, что слова могут производить на неё такой эффект. Понимая его игру, тем не менее что-то удерживало её нагрубить наглецу. «Хотя, ощущение такое, что он разговаривает так, будто произносит заклинание – буравящая твоё сознание интонация, странные паузы в слогах, ударения несуразные…» — проносилось в её мозгу.
— Я скажу, что влюбившись и не рассчитывая на ответное чувство, я бросил вызов богам. Я скажу, что греки не смеют поклоняться какой-то Артемиде, когда среди нас живёт Диана. Ты позволишь мне сказать это? – медленно протянул Герострат, вибрируя аортой и притягивая тем самым всё ближе к себе затаившееся дыхание Дианы.
— Да, — выдохнула она и не узнала своего тихого, слегка охрипшего голоса.
— Ммм. Договорились.
Герострат мгновенно изменил слащавый тон на сугубо деловой. Сделка состоялась.
— Какова твоя цена?
— В смысле?
— Ты сказала: есть в мире чувство, которое ценится не меньше, чем слава. Любовь! Я хочу твоей любви!
— Ты что, с пальмы зашибся, шизик?- громко возмутилась Дианка.
— Ах, извините, госпожа. Я не думал оскорбить вашу особу. Но я подумал: поскольку меня покупают, я могу назвать цену.
Он вплотную придвинулся к Диане, схватив её за бедро.
-Ах! – крикнула она.
— Тихо, — пристально глядя ей в глаза, прошептал Герострат.
Диане становилось дурно и гадко.
— Не трепыхайся, птичка. Иначе я на казни могу назвать имя другой девушки.
Он схватил за хрупкие вспотевшие плечи бедную Дианку и попытался притянуть ко рту её губки.
— Нет. Не трогай меня, сумасшедший! Ты не знаешь с кем связался…..ааа…..
— О, кричи. Обожаю, когда сопротивляются. Ты должна быть благодарна мне. Тебе выпала великая честь, богиня, стать любовницей человека, который только утром соблазнил саму правительницу Эфеса. Она тоже хотела, чтобы я назвал её имя. Но ты прекрасней в тысячу раз. О, какая грудь…

Диана настойчиво вырывалась из его объятий, счёсывая ногти о браслеты на запястьях Герострата.
— Пошёл вон! – крикнула Диана и, собрав побольше сил, влепила звонкую пощёчину мерзкому чудовищу.
Он схватил её за руку и, прижимая к себе, с дрожью от гнева шептал:
— Ну, ты! Я могу дать сдачи. Перед смертью я бы хотел обойтись без пощёчин.
— Ни…ничтожество! – кричала Диана, всхлипывая от нарастающего страха, отстраняя его красные руки от застёжки на её шортах, уже касаясь нежной кожи животика девушки.
— Ну, милая, богиня целомудрия!

Странное ощущение отметила для себя Диана в поту хаотичного всплеска негодования: в голосе мерзавца звучал непреодолимый гипнотический приказ – Отдайся мне! И как следствие, сопротивление Дианки слабело независимо от её активной обороны. Разумом понимая и отторгая малейшие желания сблизиться с Геростратом, Диана не узнавала своё тело. Оно будто отдалялось от неё, теряло бдительность и плавилось с каждым напором насильника. «Боже, что за сон…бежишь, а словно увязла…..нет…нет же…это не я…..или я? Как страшно….». Сквозь бредовый полусон до неё достучался призывающий голос Гайди:
— Диана! Не будьте безрассудны. Вы – достойная прославления женщина. Но славу не покупают такой ценой.
— Пошёл прочь, Хранитель, — зло прорычал Герострат. – Не вмешивайся. Ты не имеешь права.
— Ну же, женщина, — шипел возбуждённый злодей, уже повалив Дианку на диван и наседая жирной тушей над хрупким дрожащим телом испуганной девушки.
— Диана! – что было сил крикнул Гайди. – Но ведь Макс!
Глаза девушки вспыхнули бенгальским огнем, и створки ядовитого наваждения пали. Взгляд стал внезапно жёстким, негодование брызнуло ледяными осколками ненависти и она, выгнувшись, с размаху зарядила голенью в пах Герострату. Мужчины, хоть раз испытавшие эту постыдную боль, невольно вздрогнут, наверное. Скрючившись от стыда и страдания, негодяй замахнулся на девушку, закрывшую лицо правой ладонью, а расстёгнутые шортики левой, но тут же отскочил в сторону, почувствовав пронзительную острую боль в кисте руки. А это наш Гайди, защищая Диану от разъярённого персонажа, заморозил её в толстом слое льда.
— Зачем ты вмешался? – заорал Герострат.
— Потому что сил уже нет терпеть тебя. Диана останется статуей поистине божественной красоты и целомудренного величия, пока ты не умрёшь.
— Я не умру. Я скоро выйду на свободу, и тогда вы все расплатитесь за мои страдания.
— Посмотрим. Не слышишь ли ты шаги? – улыбнулся Хранитель. – Угадай, это пришла твоя свобода или возмездие?

Герострат с криками выскочил из камеры и тут же столкнулся лицом к лицу с Клеоном.
— А! – воскликнул Герострат, задыхаясь от гнева и хохоча в лицо Судье. – Как ты жалок, бывший архонт. Что тебе ещё здесь надо?
Клеон, стараясь сохранять хладнокровие, спокойно говорил:
— Послушай, Герострат, я обращаюсь к тебе в надежде, что твоя душа хранит остаток совести! Ты грек, ты эфесец! Молю тебя: не приноси в наш город новые разрушения и смерти! Ну, хочешь, я стану на колени? Остановись, Герострат!
Негодяй грубо прервал Клеона:
— Замолчи! Ты уже понял, что властью со мной ничего не сделать, теперь надеешься разжалобить меня? Не выйдет! Ступай вон!
Макс отстранил в сторону раздавленного бывшего судью и схватил за ворот ухмыляющегося злодея.
— Где…. Где моя Диана, урод?
— Ха-ха! Ты жених, что ли? – насмешливо воскликнул Герострат. – Какая она, право, лапочка. Девочка так дрожала и потела подо мной, что я решил её согреть, не мешкая без прелюдии.
Мощный удар в челюсть отбросил узника к стене, выбив у того два передних резца. Струя чернеющей крови брызнула из искажённого рта Герострата и обагрила кулак Макса. Негодяй, продолжая ухмыляться, сполз вниз.
— Убью, тварь! – грозно рыкнул Макс, нанося удары носком туфли межу ног Герострата. Тот корчился, защищаясь и всё равно продолжая смеяться, сквозь кровь и слёзы шепелявил:
— У вас сто, сумаседшие, это семейное – бить людей мезду ног?
-Макс, остановитесь! – предупредил Гайди. – Вы его всё равно не убьёте, он – литературный персонаж, а не исторический. Но даже если попытаетесь, это уничтожит пьесу. А к нам недавно так некстати пришла новая авторская гарантия на произведения: теперь за потерю персонажа, виновная сторона замещает его место. Вы хотите стать вечным Геростратом, убив его?
— Ну, нет. Мне и такая слава даром не нужна, — чуть отступил Макс. – Что Вы в таком случае предлагаете?
Магистр беглым взором окинул происходящее:
— Это может сделать только…. только….
Клеон, не дожидаясь, но подталкиваемый мощной силой автора, выхватил кинжал и, схватив Герострата за волосы, ударил его лицом об стену.
— Ну, ты же не убьёшь меня, Клеон! – издевательски заявил Герострат. – Человек, убивший преступника до суда, сам будет казнён!
— Я знаю это, Герострат.
Он приближался к узнику всё ближе и ближе, сжимая эфес клинка и наконец…в воздухе сверкнуло лезвие. Глаза, увидевшие собственную смерть, с ужасом отразились в нём как в зеркале.
— Я убил…. – сокрушённо сказал Клеон.
— Ты привёл приговор в исполнение, — успокоил судью Гайди.
— Хранитель! Где Диана? – теряя остатки терпения, которое было уже не бездонным, потребовал Макс.
— Минуточку, друг мой. С ней всё в порядке.
Он старался сохранять полное спокойствие, словно речь шла о покупке нового галстука. — Она…она просто припудривает личико. В камере, знаете ли, ужасный климат для нежной кожи милых дам. Помнится мне, беседовал я как-то с Марией-Антуанеттой…
— Гайди!
— Прошу прощения, — с этими словами, не дав сказать Максу более ни слова, магистр проскользнул в камеру и обнаружил Диану, сидевшую на диване и уже оттаявшую после смерти Герострата. Она плакала, закрыв лицо руками. Только теперь она стала отчётливо осознавать, что произошло. И ей стало дурно от мысли, что могло произойти нечто ещё более ужасное. Увидев в дверях Гайди, Дианка подняла к нему руки и хотела что-то сказать, но слёзы предательски душили её горло.
— Милое дитя, ну же. Всё позади.
Она прижалась к груди магистра и разрыдалась еще сильнее. Гайди прочертил тростью  по воздуху, рисуя контуры её спины, и волна успокоительной энергии каким-то молочным теплом обволокла тело Дианки.
— Дитя моё, теперь ты поняла, что это за мерзавец.
— Да, — тихо прошептала она. – Я-то думала. А он….червяк. Мистер Гайди, прошу только Вас…если Макс узнает…я…я с ума сойду от стыда.

 

Она умоляюще взглянула заплаканными глазками на Хранителя.
-Вы ни в чём не виноваты, Диана Дело всё в том, что этот Герострат…представьте себе, такой персонаж… Григорий Горин вложил в него стопроцентную способность соблазнять и беспрекословно подчинять себе. Это как в компьютерной игре. Каждый герой имеет волшебную силу, которой нет больше ни у кого. Вот такое амплуа и у Герострата. Он был создан специально, чтобы губить честь дам. И, тем не менее, видите, каким крепким орешком Вы оказались для него. Правда, у Вас в конце иссякли физические силы, но при этом не заканчивалась  верность и любовь к своему мужчине А это уже важно! Такая сила посильнее физики будет.
Он провёл ладонью по воздуху, и лицо Дианки приобрело прежний живой весёлый вид.

— Лапа! – крикнул Макс, врываясь в камеру.
Она подбежала к нему и нервно охватила его, замыкая руки за спиной мужчины, боясь, что он исчезнет. Дианка прижимала его, неистово и жадно покрывая поцелуями лицо, губы, нос, глаза, пила его возбужденное яростью дыханье, даря своё, прижимала к себе и никак не могла нацеловаться.
— Где ты был, Макс? Где ты был?
Но он не успевал отвечать ей из-за непрекращающихся поцелуев и её шёпота:
— Мой….мой…только мой…
Макс отвечал ей с животной страстью грубого голодного оккупанта, но, боже мой! как же сладка была пленнице его грубость. Он шептал, вторя вслед любимой:
— Моя….моя…
— Да….да…твоя…..всегда твоя…..не оставляй меня больше надолго….
Наконец, он поднял Дианку на руки и встревожено спросил:
— Этот мерзавец – сущий дьявол. Он ничего тебе не сделал?
— О, — поспешил вмешаться Хранитель.  – Ваша возлюбленная вела себя достойно перед этим преступником.
Дианка одарила Гайди благодарным взглядом и замурчала на груди своего мужчины, утопая в его надёжных объятьях:
— У тебя кровь на пальцах, котик.
— Пустяки, лапа. Поранился о проволоку на двери.

Вдруг послышались удары падающих камней, и где-то далеко-далеко из-за гор донеслась удивительная песня под лиру.
— Что это? – удивилась Дианка.
— Они восстанавливают храм Артемиды, — ответил Клеон.
— Кто?
— Они…эфесцы…
— Как их имена?
– настойчиво спросил Макс. – Назови хоть одно имя. Это так важно для нас. Ну?
Архонт беспомощно пожал плечами:
— Не помню.
Макс с Дианой схватились за полы туники судьи:
— Вспомните, Клеон! Несправедливо, что они всегда остаются безымянными. Вспомните!
— Он вас уже не слышит, друзья мои, — вздохнул Гайди, показывая что образ судьи стал медленно угасать, а контуры обстановки рассеивались в масляном тумане.
— Почему не слышит? – встревожилась Дианка. – Сделайте же что-нибудь!
-Увы, но на этом заканчивается философская пьеса-притча Григория Ираилиевича Горина.
— А что же дальше?
— А дальше…. Дальше от вас зависит, друзья. От каждого зависит сохранить мир на земле и оставить по себе память – добрую память потомкам. Наверное, это и есть высший смысл человеческого пребывания на планете, и смысл величайшего эксперимента под названием ЖИЗНЬ.

Магистр промокнул платком пот со лба и, улыбаясь, чуть с грустью сказал:
— И нам пора прощаться. Вы были, как всегда храбры и очаровательны, легко справляясь с трудностями, и я надеюсь, что вы улетаете домой не налегке, многое приобретя здесь.
— О, да, — заверила его Дианка, но всё же спросила с нескрываемым волнением в голосе: — Скажите, а они….они построят новый храм?
— Обязательно построят, дитя моё, — кивнул Гайди. – И будет он краше прежнего. 127 колонн будут поддерживать величественную крышу из белого мрамора. По преданию, каждая из этих колонн была даром одного из 127 царей. И самое главное. Огромный денежный вклад внёс легендарный Александр Великий. Он считал это некоторым искуплением своей вины.
Макс подозрительно поднял бровь:
— Своей вины?
— Да-да. Дело в том, что по злой иронии судьбы, именно в ту ночь, когда подлая рука ничтожного Герострата надругалась над святыней, в далёкой Македонии на свет появился Александр Завоеватель. И теперь он ощущает себя причастным к тому, что случилось тогда.

 

*          *          *

От ещё гудящего шума в ушах после бурного путешествия сквозь времена и столетия их отвлёк настойчивый звонок в дверь. На пороге, переминаясь с ноги на ногу, стояла соседка с этажа с маленьким сыном второклассником Минькой.
— Диан, хорошо, что тебя застала.
— А, Галина Григорьевна. Проходите, пожалуйста. Опять за луковицей?
— Нет-нет. Мы на минутку. Вы же знаете, что ночью случилось…
— Да уж, — ответили Макс с Дианкой.
— Вот мы все, с нашего дома, ну и еще с соседних домов выходим на уборку. А что? Суббота. Дождь кончился. По телевизору объявили, кстати, что горсовет решительно намерен восстановить парк. Вроде как выделили средства. И заводы вроде как заказы берут для производства. Вы как?
Диана хотела было сначала заявить, что это всё пиар-акция перед выборами мэра, а потом…. Потом из-за её спины вынырнул Макс с лопатами и записной книжкой.
— Зачем тебе блокнот? – удивилась она.
— Теперь ни одно имя не останется забытым! – твёрдо произнёс он.

Дианка повернулась к нам и, приложив руки к груди, сказала:
— Просим уважаемых читателей простить наш вдохновенный пафос. Но сказано всё это было сейчас от чистого сердца. Без пиара. Пусть мы наивны где-то, зато добры душой. Пусть иногда мы легкомысленны бываем, но никогда мы равнодушными не станем. Не верите? Пари хотите? А если верите, тогда вперёд – спасать планету!

А парк…парк мы восстановим. Обязательно!

(Visited 44 times, 1 visits today)
8

Автор публикации

не в сети 6 часов

Lady Karina

12K
Осторожно с желаниями...
День рождения: 27 Мая
flagВеликобритания. Город: Харьков
Комментарии: 2410Публикации: 388Регистрация: 04-06-2016
  • Автор салона ЛИТЕРАТУРИЯ
  • Активный автор
  • Активный комментатор
  • Почётный Литературовец
  • серебро - конкурс НЕРАСКРЫТАЯ ТАЙНА
  • ЛУЧШИЙ ДЕТЕКТИВ
  • золото - конкурс ЖЕЛТАЯ СОБАКА
  • золото - конкурс НИКТО НЕ ЗАБЫТ

8 комментариев к “3 Путешествие «Дурная слава» — 3 Часть”

  1. Ну, вот, в подтверждение моих мыслей, справедливость была восстановлена человеком, не божеством. И храмы как в давнем прошлом, так и в настоящем. Спасибо! Ваши произведения, Карина, живые, они заставляют задуматься.

    0
    1. Да, спасибо большое. Саша! Я и стараюсь писать истории, которые происходят на каждом шагу с обычными людьми и ищу ответы в классике. И тут, разумеется, самое главное подчеркнуть, что всё зависит от человека. 0404

      4
  2. Уродство — оно одинаково по своей сути что у нас, что в Греции и т.п. Меняются только декорации и способы его выявления… А Максов блокнотик в дальнейшем может послужить кое-кому не только в благих целях…   

    2
    1. Спасибо, Анечка. Горина непременно почитайте. "Тот самый Мюнхгаузен", "Формула любви", "Дом, который построил Свифт", "Убить дракона" и многие другие фильмы поставил Марк Захаров по его пьесам и киносценариям.laugh

      0
        1. Только хорошими и можно. По крайней мере, Макс не зря захватил с собой блокнот. Спасибо большое, Наташенька, за тёплое внимание ко мне.

          2

Добавить комментарий

ИЛИ ВОЙТИ ЧЕРЕЗ СОЦСЕТЬ: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *